«На дровах не наживешься»: Почему кировский лес теперь дороже золота и при чем тут теща с крольчатником?

Есть три вещи, на которые можно смотреть бесконечно: как горит огонь, как течет вода и как российский гражданин пытается «немного подзаработать» на том, что дали ему почти даром. В учебниках экономики это называется «арбитражная прибыль». В жизни — «авось пронесет». А в Лесном кодексе РФ это называется «основание для взыскания неустойки в девятикратном размере». Особенно если этот «почти даром» — лес. В голове среднестатистического Ивана сразу включается магическое мышление: «Ну срубил я бревнышки, ну дом построил. А эти два лишних куба... может, соседу? За спасибо? Или не совсем за спасибо?». Именно в этот момент, когда жажда наживы встречается с законом, и рождаются наши любимые новости из регионов, где государство внезапно вспоминает, что оно — собственник, и начинает требовать бабло назад.

Лес рубят — деньги летят: Почему кировская древесина вдруг стала опаснее динамита и что об этом думают в Перми, Красноярске и Брянске

«Свобода одного человека заканчивается там, где начинаются дрова другого».
— Народная поговорка, переосмысленная Лесным кодексом.

В Кировской области снова запахло керосином, но в данном случае — формальдегидом от сырых досок. Местный Минлесхоз, устами министра Андрея Тетерина, напомнил гражданам старую, как мир, истину: лес, который тебе дало государство почти даром (льготная цена — это вам не рыночный демпинг), нельзя продавать, менять на самогон или дарить теще в знак примирения.

На первый взгляд, новость из разряда «вода мокрая». Но копнем глубже. Или, если хотите, всмотримся в лесные дебри российской юриспруденции.

Анализ исходного: В чем соль кировского разноса?

Официальный текст сух, как зимний сухостой. Суть его такова:

• Не смей продавать. Древесина для собственных нужд (стройка, ремонт, печка-матушка) — это как почка для пересадки. Она предназначена строго для одного организма.

• Удар по карману. Если поймают за спекуляцией, неустойка — девятикратная стоимость стволов. Это не просто «ой, извините».

• Козел отпущения. Отвечает тот чудак, на кого оформлен договор, а не хитрый покупатель. То есть, если вы «подарили» лес соседу, а он его перепродал, крайним останетесь вы. Сосед утрет нос, а вы будете стучать зубами от холода в недостроенном доме и отдавать последние рубли.

Все это напоминает предупреждение на сигаретной пачке: «Минздрав предупреждает». Мы знаем, что это вредно, но курить меньше не начинаем.

Региональный срез: Где какие законы?

(Спойлер: везде одинаково, но нюансы есть)

Вы спросите: «А что, в Кировской области свой особый лес? Может, в Перми дарить можно?».

Увы, законы физики и Лесного кодекса едины для всех. Статья 30 Лесного кодекса РФ — наша конституция в мире бревен. Но дьявол, как водится, в региональных подзаконных актах и размере неустоек. Давайте пройдемся по карте, вооружившись лупой и иронией.

Пермский край: Здесь строго, но расчетливо

Пермяки — народ суровый. Они еще в 2014 году, вслед за федеральным законом, просекли фишку. И не просто запретили отчуждение , но и расписали неустойку с математической точностью.

Цитата оттуда: Если вы, будучи обычным гражданином, взяли 100 кубов леса за 15 тысяч рублей (смешные деньги по нынешним временам), а построили из них не дом, а, скажем, продали, то неустойка составит 150 тысяч. А для многодетных семей — вообще 500-кратная стоимость. То есть многодетность тут не только повод для гордости, но и зона повышенной ответственности. Не использовал лес по назначению — разорил всю семью .

Красноярский край: Административный восторг

В Минусинске подошли к вопросу с административным пылом. Там главный государственный инспектор по охране леса доходчиво объясняет: помимо неустойки (у них она, кстати, 10-кратная, а не 9-кратная, как у кировчан), можно схлопотать штраф от 800 до 2000 рублей как физлицо. И добивают психологически: «Дома остались без ремонта, участки пустуют» . Картина маслом: стоит пустой участок, на нем ни кола, ни двора, зато есть чувство глубокого морального удовлетворения от совершенной сделки и долг перед государством.

Брянская область: Бюрократический рай

Брянцы пошли дальше всех. Они в 2021 году приняли закон, где расписали, что такое "целевое использование" с дотошностью Льва Толстого .

Фишка: Гражданин обязан в течение ДВУХ лет после заключения договора прийти в лесничество и отчитаться: показать фото (видео) построенного дома или бани. Представьте идиллию: мужик приносит в лесничество селфи на фоне новой бани с веником. «Петрович, докажи, что ты не верблюд, точнее, что ты не продал лес, а построил предбанник». Если не принес — жди комиссию. Это ли не торжество цифровизации?

Кировская область (Наша боль)

Как мы видим из новости, у нас все стандартно, но есть нюанс: 9-кратная неустойка . Почему не 10, как у соседей? Видимо, скидка на менталитет. Или просто решили быть чуть добрее. Хотя, согласитесь, 9-кратная стоимость — это все равно как купить айфон, а получить кирпич, да еще и доплатить.

Ироничный прикол: А можно ли подарить, если ну очень хочется?

Итак, главный экзистенциальный вопрос: «Можно ли дарить, если закон — дурак, а теща — золото?»

Давайте рассмотрим гипотетическую ситуацию. Вы заготовили лес на сруб. Тут приходит теща и говорит: «Зятек, отдай бревнышки, я хочу крольчатник утеплить». Ваши действия?

Если вы просто так, по доброте душевной, отгрузите ей КамАЗ леса — вы преступник. Сделка дарения (которая, по Гражданскому кодексу, вроде как святое) приравнивается к отчуждению.

Единственный легальный способ, чтобы теща была с крольчатником, а вы на свободе — это официально принять тещу в члены семьи, прописать ее в своем доме (который вы строите из этого леса) и греть ее там этими самыми дровами. Тогда формально лес идет на отопление жилья, в котором проживает одаряемый. А просто так, «между своими», — низзя.

Как сказал бы Клайв Джеймс: «Щедрость — это прекрасно, но перед тем как быть щедрым с казенным добром, убедитесь, что у вас есть лишние 9 жизней (или 9 стоимостей этого добра)».

Глубокий смысл: Почему государство так бесится?

Давайте на минуту снимем корону циника и наденем очки политэконома. Запрет на продажу льготного леса — это не просто прихоть борцов с коррупцией. Это попытка спасти то, что осталось от лесного фонда, от дикого капитализма 90-х.

Представьте, что было бы, если бы каждый, получив лес по цене в 10 раз ниже рыночной, мог его перепродать. Это не рынок, это кормушка. Государство дотирует стройку и отопление конкретного человека, а не лесных баронов. Как только вы выносите бревно за калитку с целью наживы, вы превращаетесь из нуждающегося в спекулянта.

Цитата великого экономиста Адама Смита, которого мы переврали: «Мы ждем свой ужин не от доброжелательности мясника, пивовара или булочника, а от соблюдения ими договора купли-продажи». В нашем случае, мясник (лесоруб) должен сам съесть этот ужин (построить дом), а не продать его в ресторан.

Вердикт для искателей приключений

Дорогие жители Кировской области (и все, кто дочитал до сюда)! Если вы хотите поиграть в лесной бизнес, идите в бизнес. Оформляйте ИП, участвуйте в аукционах, платите налоги. А льготный лес — это как социальная карточка: поездил в метро — и забудь. Не пытайся купить на сэкономленные деньги мерседес.

Министерство лесного хозяйства следит за вами. Не то чтобы у них там круглосуточный видеомост с вашими поленницами, но в век ЕГАИС и космических технологий, продать бревно и остаться незамеченным сложнее, чем спрятать жирафа в холодильнике.

И помните: если вы все же решились на сделку, то неустойка в 9-кратном размере — это не просто штраф. Это такой способ государства сказать: «Мы же тебя предупреждали, дурака».

Деревообрабатывающие предприятие,

Тимбер Эксперт